URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
18:21 

Всё ещё первый день, плавно переходящий в вечер.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Пока шёл на службу, туман рассеялся окончательно, зато пошёл дождь и пришлось немножко пробежаться, чтобы окончательно не вымокнуть. Для меня останется вечной загадкой, за что я так люблю этот город? Большей частью чувствуешь себя в нём, как... Как рыба в воде. Усмехнулся случайному каламбуру и отворил тяжёлую дверь, соскальзывая пальцами по массивной медной ручке, мокрой и холодной. Пройти по бесконечным коридорам, без устали приветствуя снующих туда-сюда сослуживцев - и вот я в своём кабинете. Тут тепло, молодые констебли никогда не забывают разжечь мне камин, уж что я заслужил за эти почти тридцать лет - так это уважение. На столе огромная кипа бумаг - моя повседневная рутина. Это только кажется, что мы, инспектора, только и делаем, что гоняемся за опасными преступниками и находим трупы. На самом деле долгие часы бумажной работы - вот что составляет две трети нашей деятельности. Но я люблю этим заниматься, чем весьма охотно и пользуются мои коллеги, подсовывая мне часть своих отчётов. Я не возражаю. Всё равно я сделаю это лучше них.
Сегодня спокойный день, меня никто не тревожит, и кипа уже подходит к концу, когда в дверь стучат.





 

17:24 

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
За мной водится такая слабость - очень уж мне хочется хоть раз, да обойти мистера Холмса в расследовании. Я одержим этой мечтой столько, сколько знаком с ним. И знаю, что глупо, что по-детски, да и просто ни к чему, а вот не могу отделаться от мысли, что когда-нибудь триумфальным победителем буду я, а Холмс ошибётся. Да-да, это важный аспект - я не просто первым раскрою дело. А - я раскрою его вопреки версии Холмса. Он ошибётся. И тогда, читая в "Таймсе", как Скотланд Ярд с успехом разоблачил преступников, и особенно отличился инспектор Лестрейд, я буду испытывать подлинную гордость, без примеси досады, какую я испытываю обычно. Потому что знаю, кому в самом деле принадлежит заслуга, чьё имя скрывается.
Много раз мне казалось, что я близок к достижению моей мечты, что Холмс идёт ложным путём, а я вот-вот всё распутаю - и всегда, всегда! Он оказывался прав. Я не злюсь на него, ни в коем случае, и не завидую. Холмс - это нечто непостижимое, и его острым умом я восхищаюсь. Но меня всегда охватывает неудержимый азарт, когда он присоединяется к расследованию дела, которое веду я. Когда мы вместе идём по следу, каждый - по своему и по-своему. Холмс не замечает (надеюсь) моей глупой игры наперегонки, иначе не преминул бы кинуть пару язвительных замечаний в мою сторону, как умеет только он. А я не могу прекратить играть и мечтать о том, что когда-нибудь...
Хотя мне прекрасно известно, что если моя мечта вдруг сбудется - я потеряю больше, чем приобрету. Исчезнет этот восхитительный азарт, который вдохновляет меня на многие поступки и деяния, образуется пустота. Но самое главное - утратится вера в нерушимое могущество гения Холмса, уверенность в нём.
Так что некоторым мечтам лучше оставаться мечтами.

Вопрос: Согласны?
1. Да  12  (100%)
Всего: 12
URL
16:16 

Немного о личном.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Мнение людей обо мне большей частью таково: полицейский до мозга костей, смыслом жизни которого является работа. Меня считают настырным пронырой, недалёким ищейкой, неудачником, одиноким холостяком, не интересующимся ничем, кроме службы - сколько людей, столько и мнений. Я с ними не спорю. В чём-то они правы. Кроме того, что у меня нет интересов помимо работы.
Я никогда никому не признался бы в этом, поскольку увлечение моё скорее присуще трепетным барышням, нежели солидному джентльмену. Оно несёт отпечаток мечтательности и романтизма, что не пристало - по моему глубокому убеждению - настоящему мужчине. Поделиться с кем-то о том, что меня притягивает, чем я готов заниматься часами, в одиночку, тихими тёмными ночами - нет уж, увольте. Так и представляю изумлённые взгляды, переходящие в издевательское хихиканье и перешёптывания за спиной. А уж найти единомышленника - делиться с ним впечатлениями, новыми фантазиями... Об этом я даже не помышлял. Вряд ли найдётся ещё один такой чудак. А они ещё удивляются, почему я не стремлюсь изменить своё холостое существование. Не уверен, что супруга, появись она у меня, поняла бы, почему я так люблю это.
А я просто обожаю смотреть на звёзды.

Вопрос: Не переживайте, инспектор.
1. ага  12  (100%)
Всего: 12
URL
23:23 

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Моё текущее дело не даёт мне покоя. Вроде всё и ясно, слуга обокрал хозяев и сбежал, однако... Однако меня гложут сомнения. Как-то невзначай вылезают несостыковки в показаниях остальной прислуги, слишком настаивают на вине парня хозяева, особенно усердствует леди. От меня неуловимо ускользала суть моих подозрений, но то, что в деле не всё так чисто и гладко, как на первый взгляд, я чувствовал. Не даром прошли годы знакомства с Холмсом. В конце концов я решил изложить свои домыслы ему, а уж если я что решил, в долгий ящик не откладываю.

И я отправился на Бейкер-Стрит 221

URL
02:27 

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Насколько я помню и осознаю себя, свою сознательную жизнь, стыдиться мне было вроде бы нечего. Я был хорошо воспитан, с детства имел устойчивое мировоззрение, следовал своим принципам. И всё-таки есть в моей биографии нечто, за что я испытываю мучительное чувство стыда.
Женился я рано, так сложились обстоятельства. Рано и развёлся, застав жену невзначай с её лучшей подругой, в нашей спальне. Не сказать, чтобы я об этом сожалел, но неприятный осадок остался. И вопрос - "Зачем?"
Но это неважно, и быстро забылось.
А потом в моей жизни появился он. С румянцем, юношеским пылом в глазах, семнадцати лет от роду. Восторженно глядящий на меня, в его глазах уже опытного, на целых шесть лет ведь старше. Лелеявший ту же мечту, что и я когда-то - стать полицейским. Этот мальчик сделал невозможное - перевернул мою душу, заставил потерять контроль, отдаться его воле, позволить желаниям взять верх над разумом.
Стыд, боже, какой стыд...
Нестерпимо, невозможно, до сих пор стыдно за то, что я изменил ему с этой официанткой...

Вопрос: Мммм?
1. ммм...  14  (100%)
Всего: 14
URL
17:06 

7.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
28.06.2011 в 15:38
Пишет д. Джон Уотсон:

26 июня 1889 г.
В совершенно растрепанных чувствах я провел все утро.
Пытался сосредоточиться, но так ничего и не вышло. Сообщил Мэри о том, что еду в клуб и действительно поехал.
Где-то в центре Лондона отпустил кэб и некоторое время просто ходил по улицам, пытаясь думать, что все же делать со своей жизнью, и вообще моггу ли я что-то с ней сделать. Так не придя ни к какому решению, я устроился в пабе и заказал пинту темного и обед.
Есть не хотелось, но пить просто так я не имел привычки.

URL записи

19:17 

6.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
26.06.2011 в 16:06
Пишет Sh. Holmes:

23 июня 1889 года. Вечер
Доктор уехал домой, а я остался один.
Собрал бумаги по делу об отравлении в папку. Что-то Лестрейд до сих пор не зашёл.
Никак обиделся. Он до последнего не верил в виновность мистера Ф. Тот, видите ли, джентльмен.
Взяв скрипку, я начал импровизировать.

URL записи

20:24 

День 5. О профессии.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Ещё находясь в весьма юном возрасте, я любил докапываться до истины. Не было покоя моей душе, если оставался неизвестным похититель сушившихся во дворе у соседей простыней либо не нёс заслуженного наказания сорванец, стянувший горсть табака в лавке табачника. Когда я бывал свидетелем подобному, гнался за воришкой пока наконец не настигал его сам или его не излавливал кто другой, возжелавший помочь. За такое рвение я частенько бывал бит, и временами нещадно, но от убеждений своих отказаться не мог.
А надо сказать, рос я на окраине Честера, что в Чешире. Холмистая местность там густо испещрена сетью шахт и каръеров, и Ди протекает неподалёку, образуя скорее озеро, нежели реку. Среди всего этого великолепия легко было представлять себя в погоне за бандой преступников, скрывающейся в одной из шахт, чем я с упоением и занимался по многу часов кряду. Компанию мне составляли мои многочисленные приятели, но и когда они изъявляли желание поиграть во что-нибудь другое, я наслаждался своей игрой в одиночку. Так было даже интересней, представлять себя великим сыщиком, выследившим могущественную банду, которая держала в страхе весь Чешир. О, как я мечтал стать таким сыщиком! Но возможностей пойти учиться у меня не было, мать работала прачкой и получала гроши, отец сгинул неведомо куда, когда мне ещё и четырёх не было. Братьев-сестёр я не имел, о чём не раз жалел. Чтобы помочь матери, я уже с двенадцати лет бегал на побегушках у шахтёров, а с шестнадцати работал наравне с ними. Освободившись, часто ходил к реке, бродил по берегу, купался в тех немногих местечках, где вода была чуть чище. И, конечно же, продолжал представлять себя сыщиком, расследующим дело об утопленнике или ещё что подобное. Время шло, мне уже перевалило за семнадцать, а мечты оставались мечтами, и игры - играми.
Как-то внезапно заболела и в несколько недель сгорела мать, и я остался совсем один. Поначалу я машинально продолжал работать на шахтах и вести своё скромное хозяйство, только по катакомбам и прибрежным кущам бродил намного дольше, и заходил куда дальше. Потом мне в голову начала закрадываться мысль, что теперь можно попытаться поехать в Сити, устроиться там, и, возможно, приблизиться к своей мечте. Я жил экономно, и, хотя все наши скромные сбережения ушли на похороны матери, с тех пор немного денег успел скопить. Мысль крепла, и я каждый цент берёг, приближая тот день, когда я смогу вырваться ит этого захолустья.
Однажды вечером, когда я, как обычно, бродил по берегу, случилось нечто, перевернувшее мою жизнь в одночасье. Тогда я забрался довольно далеко и пробирался по заболоченному, илистому участку, усеянному редкими островками твердой суши. На глаза попалось нечто тёмное, неясной кучей выделявшееся промеж жидкой растительности. Чем пристальнее я вглядывался, тем сильнее волнение сжимало мою грудь. Это очень походило на человеческий труп, я готов был поклясться, что могу различить руку. Сердце колотилось так, что я почти ничего не слышал, так в ушах бухало. Я осторожно огляделся по сторонам - вроде никого. Судорожно пытаясь сообразить, как же мне быть - идти звать подмогу или справляться самому, я простоял ещё несколько минут. Между тем уже темнело, и я рассудил, что если я пойду за подмогой, то искать труп уже не будет смысла. До утра же могло случиться что угодно, труп мог и исчезнуть. Замешательство длилось недолго - я должен был вытащить тело на сухое место, а там уже видно будет. Решившись, я приступил к задуманному. Добраться до цели было не так просто, это было дальше от берега, чем стоял я, и вонючая жижа болота была глубже. Закатав штаны повыше, я начал потихоньку пробираться к темнеющей куче, нащупывая ногами устойчивые участки. Благополучно достигнув цели, я осторожно перевернул тело - это оказалось всё-таки тело - и на меня уставились мёртвые глаза немолодого уже мужчины. С ужасом отвернул я голову в другую сторону и, стиснув зубы, рывком взвалил труп на плечо. Ещё не менее получаса я тащился по хлюпающей трясине, в стремительно сгущающейся темноте, среди звона комаров. Почувствовав под ногами твёрдую почву, я свалил труп на землю и выдохнул. С ног до головы измазанный илом, озябший, я тем не менее чувствовал себя весьма воодушевлённым. Это было настоящее приключение, не выдуманное горсткой мальчишек в заброшенном каръере.
И тут я с ужасом обнаружил, что неподалёку, на сухом берегу, стоит группа мужчин и наблюдает за мной. В голове с бешенной скоростью замелькали картины, одна страшнее другой, но, не успел я как следует испугаться, как один из них - судя по всему главный, подошёл ко мне поближе, и я сумел разглядеть на нём мундир офицера полиции, о боги!
- Уильямсон, офицер Полиции Большого Лондона, - представился он. - Скажите, Вы всегда лазаете за трупами в трясину?
Шутит, он надо мной шутит! Я сердито зыркнул на него и , выпрямившись, ответил:
- Никак нет, сэр, это мой первый опыт подобного рода.
- Надо же, а вели себя, как профессионал.
- Вы что, наблюдали за мной всё это время, сэр? Почему же никто вызвался помочь? - возмутился я.
Офицер слегка смутился и оглянулся на двух остальных - по виду констеблей, те тоже выглядели смущёнными.
- Видите ли, кхм, - прокашлялся он. - Мы... не знаем этих мест, и ... это болото...
- Вы боялись лезть туда! - я расхохотался, поразившись собственной догадке. - Испугались!
-Мы не боялись! - заявил покрасневший, как его, Уильямсон. - Мы ждали подмогу. А, вот и она!
Действительно, из-за холма уже показалась карета.

Пока констебли разбирались с трупом, осматривали и грузили его в карету, я в сторонке пытался кое-как отчистить свою одежду. Уильямсон подошёл ко мне и начал расспрашивать о моей жизни и роде занятий. Выяснив всё, что хотел, он наконец хитро улыбнулся:
- И что, найдёте ещё труп - снова полезете вытаскивать в любую грязь?
- И полезу. Что ж, бросить его там что ли? - буркнул я.
Он рассмеялся и произнёс слова, которые до сих пор музыкой звучат в моих ушах:
- Хотите служить в полиции?

Так сбылась моя самая заветная мечта, и я попал в Скотланд Ярд.
П.С. А убитый оказался важной лондонской шишкой, вот почему Полиция Большого Лондона оказалась в нашей глуши.

Вопрос: Интересно?
1. да  16  (100%)
Всего: 16
URL
17:35 

Письмо.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Сегодня у меня выходной, и я решил провести его с пользой. Давненько я не разбирал секретер, пора было навести там порядок. В процессе мне попалась в руки журнальная
подшивка, которую я заботливо собирал несколько лет подряд. Литературные изыски небезызвестного доктора Джона Х. Уотсона, разумеется. Покончив с секретером, я устроился в кресле с трубкой и не без удовольствия перечитал уже знакомые истории. У доктора несомненно талант к повествованию, единственный недостаток в его рассказах - неприкрытое восхищение Холмсом. Уж не знаю, умышленно или нет, но остальные персонажи выходят из-под пера доктора прямо-таки бледными поганками, за редким исключением. Взять хоть меня...
Поразмышляв некоторое время, я решил поделиться своими соображениями с автором историй.


Уважаемый доктор Уотсон!

Прошу Вас не удивляться моему посланию, которое написано мною исключительно с дружескими намерениями и без цели Вас как-либо оскорбить или обидеть. Видите ли, сегодня я ненамеренно оживил в памяти ваши (без сомнения, прекрасно написанные) детективные истории о мистере Холмсе, и мне настоятельно захотелось привлечь ваше внимание к некоторой недостоверности в описании одного конкретного героя, а именно меня. Уж не буду за других впрягаться, пускай сами ходатайствуют, если понадобится.
Итак, дорогой доктор, уже в первой вашей повести, которую Вы так романтично назвали "Этюдом в багровых тонах", Вы вывели меня на сцену со словами "Лестрейд, как всегда тощий и похожий на хорька..."
Позвольте указать Вам на вопиющую несправедливость - во-первых, тощим я не был никогда (в отличие от главного героя ваших записок, кстати), а во-вторых, уважаемый Уотсон, почему это Вы всё время срaвниваете меня с хорьком? Это обидно, знаете ли, и совсем не походит на истину. Чтобы не быть голословным, прикладываю фотографию названного животного. Посмотрите хорошенько и признайте, наконец, что никакого сходства сей грызун со мной не имеет. У меня есть зеркало, между прочим, и я в него даже смотрюсь.
Вот
Далее в той же самой повести Вы пишете следующее: "... показался Лестрейд, потирающий руки с видом глубочайшего довольства собой." И - "Глаза маленького человечка сверкали..."
Я искренне недоумеваю, чем мог досадить Вам с первой же встречи, но видимо это было нечто серъёзное, иначе зачем бы Вам обзывать меня "маленьким человечком"? Во мне 5,7 футов роста, ненамного меньше вашего. Единственное разумное объяснение, которое приходит мне в голову - на фоне Шерлока Холмса все человечки маленькие в ваших глазах. Себя-то Вы в своих же записках вообще вон в тень задвинули.
Но "потирающий руки"! Я Вас умоляю, дорогой Уотсон, когда это я на людях руки потирал?
И не особо мы с Грегсоном соперничали, но я это так, к слову.
Я так полагаю, это Холмс со своим пренебрежением к подавляющему большинству населения земного шара оказал на Вас пагубное влияние. Доказательством тому являются его бестактные реплики, которые Вы, однако, не задумываясь опубликовали: "Они [Грегсон] с Лестрейдом, так сказать, лучшие среди худших." ""Как раз подобные мелочи и отличают умелого сыщика от всяких там Грегсонов и Лестрейдов."
И если первое выражение ещё куда ни шло, учитывая особенности характера Шерлока Холмса, то второе ни в какие ворота, простите. Меня не удивляет подобный тон у Холмса, за многие годы нашего знакомства я к нему привык. Но Вы, Уотсон! Наверняка, когда Вы писали, Холмс находился рядом и язвительно комментировал ваше усердие, а Вы, в свою очередь, отыгрывались на ни в чём неповинном мне. Вот зачем Вы мне "глаза-бусинки" приписали, а? Спасибо, хоть губки бантиком не догадались присовокупить.
Ну право слово, милый Уотсон, Вы же про меня и хорошее писали, вон когда действия описываете, я же вполне себе ничего выгляжу.
Так зачем Вы сделали из меня мелкого тощего суетливого самонадеянного хвастунишку с бусинками вместо глаз? Хорьков любите? В детстве мечтали, но родители запрещали?
Эх, Уотсон, не обращайте внимания. Что-то я разворчался не на шутку. Но письмо всё-таки отправлю, должны же Вы знать, о чём думают герои ваших произведений.

Засим позвольте откланяться, искренне Ваш
Дж. Лестрейд

Вопрос: Отсылать?
1. шли  23  (100%)
Всего: 23
URL
14:37 

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Вечер, проведённый со Стэнли Хопкинсом, побудил меня к размышлениям и разворошил воспоминания. Мне не спалось. Обрывки прошлого всплывали перед моим мысленным взором и растворялись, уступая место другим. Перебрав уже довольно много событий, как значимых, так и не очень, я остановился на своём первом деле. Тогда мне было всего тридцать два, меня только-только перевели в Скотланд Ярд и выдвинули на пост инспектора. Старый Уильямсон постарался, мой наставник, благодаря которому я и попал в Скотланд Ярд. На тот момент я уже четырнадцать лет служил, сначала констеблем, потом в управлении на Боу-стрит, и зарекомендовал себя старательным, исполнительным и ответственным, именно так Уильямсон и сказал тогда. Не успел я толком ощутить себя в шкуре инспектора, как мне поручили расследовать дело о пропаже девушки. Констеблем я навидался всякого, так что ничего нового для меня, по сути, в деле не было, только теперь я руководил ситуацией, а констебли слушали мои приказания. Девушка, дочь бакалейщика, как выяснилось, была безнадёжно влюблена в мясника с соедней улицы, а тот на неё и не глядел, а вовсю ухаживал за другой. Бедняжка, вконец отчаявшись, написала парню письмо, где изливала все свои чувства, а через два дня бесследно исчезла. Никаких следов обнаружить не удалось, из дома ничего не пропало, молодой человек свою причастность к пропаже девушки отрицал, и у него имелось железное алиби. Я был уверен, что юная леди просто сбежала подальше, испытывая глубокое чувство стыда, и к слову, большинство со мной соглашались. Пока рыбаки не выловили в Темзе труп, похожий по описанию на разыскиваемую. Я отправился в морг госпиталя Бартс на исследование трупа. По прибытию мне доложили, что родители уже опознали девушку. Оставалось установить причину смерти и дело можно закрывать, думал я. В прозекторской местный врач сразу провёл меня к длинному каменному столу, на котором лежала несчастная, краем глаза я уловил движение в углу и с удивлением обнаружил какого-то молодого человека, полностью сосредоточившегося на странных манипуляциях с человеческой рукой, плавающей в банке. На мой немой вопрос хирург лишь пожал плечами. Я занялся своими непосредственными обязанностями. На теле не было никаких повреждений, следов борьбы или насилия. Одежда тоже была в полном порядке.
- Совершенно очевидно, что она утопилась, - уверенно произнёс я.
- Совершенно очевидно, что её убили, - резко раздалось из угла помещения. - И если бы вы были хоть чуточку внимательнее, то поняли бы это и сами.
Я оторопел от подобной наглости. Да кто он такой, чтобы обращаться ко мне подобным тоном?
- Позвольте узнать, кто вы и что здесь делаете, сэр? - сдержанно поинтересовался я, не желая терять лицо в глазах подчинённого, констебля Моррисона, дежурившего у двери.
- Холмс.
Кроме этого краткого ответа, брошенного в мою сторону (словно ворон каркнул), я не услышал ничего. Начиная закипать, я обратился к наглецу снова:
- Вы не ответили на мой второй вопрос, сэр. Я бы всё ещё хотел услышать, чем вы тут занимаетесь и почему решили, что эта девушка убита?
Раздражённо отшвырнув пинцет, который он до этого держал в руках, незнакомец вышел на середину комнаты и, окинув меня презрительным, как мне показалось, взглядом, произнёс:
- Я занимаюсь здесь своими делами, инспектор Лестрейд, которые никоим образом не касаются лично вас. Что по поводу девушки - поверьте мне на слово, если не в состоянии сами сделать правильные выводы из увиденного.
На этом он развернулся и вылетел в коридор, не удосужившись попрощаться. Я смотрел ему вслед в полном недоумении. Откуда он узнал моё имя? Кто он, это высокомерный выскочка с холодными серыми глазами? Хирург тактично молчал у меня за спиной. Моррисон смотрел прямо перед собой.
Такова была моя первая встреча с Шерлоком Холмсом.

Вопрос: Понравилось?
1. Тогда тыц  14  (100%)
Всего: 14
URL
15:53 

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Проснулся сегодня с внезапно меланхоличным настроением, под стать тихому туманному лондонскому утру. Больше всего хотелось подвинуть любимое продавленное кресло к камину, закурить трубку и наслаждаться покоем в компании книги - всё равно какой, они у меня все любимые. Однако такую роскошь я не мог себе позволить, через два часа я должен быть на службе. Аккуратно заправил кровать - я всегда всё делаю аккуратно, именно поэтому моё холостяцкое жильё никто не назовёт неприбранным. Хотя уюта в нём недостаёт, чего уж тут отрицать. Друзья часто советуют мне нанять прислугу, приходящую домработницу, чтобы привнести в мой быт тепло заботливых женских рук (на женитьбу перестали намекать уже как года два). Но мне неприятна мысль, что чужой человек будет хозяйничать на моей территории. Я в состоянии позаботиться о себе сам. Когда-то давно я был женат... а, не хочу об этом вспоминать, ничего хорошего с той истории всё равно не вышло.
Одевшись, я прогулялся до привычной, "моей" булочной за тёплыми булочками с корицей, что я покупаю у улыбчивой Дженни вот уже двадцать лет кряду. Завидев, меня, она тут же заворачивает мне свежайшую сдобу и не считает мелочь, что я передаю ей в обмен. Я всегда плачу точной суммой, она это знает. Это у нас уже ритуал такой.
Неспешно возвращаюсь домой - странно, обычно мне бывает трудно находиться в таком расслабленном состоянии, но сегодня поистине необычное утро, и улицы пустынны.
Запах свежесваренного кофе тонизирует. Я варю вкусный кофе, хоть и предпочитаю чай. Но сегодня необычное утро, я же говорил.
Но время идёт, через час туман редеет, я уже окончательно просыпаюсь. Пора на службу.

Вопрос: Понравилось?
1. голосуй  18  (100%)
Всего: 18
16:32 

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)

Вопрос: Голосуем?
1. Дизайн  17  (50%)
2. Аватары  8  (23.53%)
3. Профиль  9  (26.47%)
Всего: 34
Всего проголосовало: 17
22:58 

Я понял, это намёк, я всё ловлю на лету (с), или Ужасный день.

Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя. (с)
Тот день мне не забыть никогда. День моего рождения. Мне исполнилось двадцать один, отныне я был совершеннолетним, согласно закону. По правде сказать, я на тот момент уже несколько лет, как чувствовал себя совершеннолетним, и уж точно был абсолютно самостоятельным. И уже почти три года служил констеблем в Скотланд Ярде. С сотрудниками которого и отмечали сей знаменательный день. Старшие коллеги относились ко мне с большой симпатией, и, как сироту, частенько даже баловали. Они-то и организовали настоящее празднество, в то время, как я сам ничего грандиозного затевать не собирался. Думал пригласить в паб ближайших друзей и провести там уютный вечерок.
До сих пор всё, как в тумане. Весёлая музыка, простое, но обильное угощение, и крепкие напитки рекой. Поздравления и тосты сменяются танцами, лица мелькают, каждый норовит похлопать меня по плечу или чмокнуть в щёку, в зависимости от пола поздравляющего. Племянница жены одного из констеблей, всё чаще оказывается рядом, когда положено приглашать дам на танец. Её зовут Салли. Она повторяла это каждый раз, когда я называл её другими именами.
В зеркале отражается моя бледная физиономия, когда я поднимаю голову от раковины, куда только что опорожнил свой несчастный, не привыкший к такому количеству спиртного, желудок. И ещё там отражается Салли, она отводит волосы от моего лица, и придерживает воротник, чтобы я не запачкался. Ещё не осознавая масштаба катастрофы, я благодарю её за заботу.
Снова танцы, и почему-то всегда Салли, другие девушки как будто кончились. Она весело щебечет, а я не могу понять, почему мне не удаётся вернуться в то одиночное свободное состояние, в котором я пришёл на празднование своего совершеннолетия. От таких мыслей я даже протрезвел. Но всё равно мне понадобилось довольно много времени, когда в конце пирушки к нам (нам!) с сияющей улыбкой подошла та самая жена констебля, чьей племянницей являлась Салли, и, называя меня сынком, пригласила на следующий день к обеду. Она подмигивала мне, и по-родственному похлопывала по руке. По руке, на которой висела Салли.
Я содрогаюсь, вспоминая это. Это был ужасный, ужасный день...

Вопрос: Ужасно?
1. ещё бы  12  (100%)
Всего: 12
URL
главная